Переизданы на CD (дигипак) два альбома 28 Панфиловцев

Бывают такие альбомы (пластинки, кассеты, диски), которые если не меняют, то влияют на твою жизнь. Песни оттуда звучат на внутреннем «сиди-ченджере» и когда ты думаешь о чём-то соответственном, и автономно порой. Альбомы-переломы переживают своих творцов и в идеологическом измерении… И концерты такие бывают — исторические. Поскольку я ещё в «Поэме столицы» подробно описал концерт «28 Панфиловцев» и «Гражданской Обороны» декабря 1999 года в ДК «Авангард» на Домодедовской, нынче вспоминать его не буду, разве что отдельные как бы слайды включу… 

Но сперва порадую нас всех: переизданы два основных (номерных, как принято говорить, официальных) альбома группы, с которой началась не только Рок-коммуна, но и история музыкального направления Red metal. Да, на дисках эти альбомы вообще не выходили, так что имевшие кассеты товарищи — могут теперь, спустя два десятилетия всеобщего переселения рока с носителей в Сеть, насладиться звучанием, не сопровождаемым шумом плёнки. 

Кстати, вот так выглядела та самая кассета, которую дала мне на Дружинниковской улице у мемориала послушать одна очень красивая девушка, рыженькая, умненькая. Она и сейчас со мной дружит, правда, вся ушла в славянофильство и православие, но это, как ни странно, слабость многих моих старых знакомых — тех, кто повернул внимание и понимание моё как раз совсем в другую сторону на переломе веков. 

«Панфиловцы» существовали, конечно, и до этого альбома. Но их «Красная сотня» и «Завтра День литеартуры» и прочие записи — это ещё бурление талантов, «возгонка», как выразился бы Проханов, текстов до уровня поэтической узнаваемости, но не рок. Для меня-то 28 ГП начались даже до их альбома — на том самом концерте 1999-го, и слушал я их довольно скептически, но… Через год, осенью 2000-го в подвале АКМ на Пролетарской, я уже знал о них всё и мечтал если не влиться в этот состав, то выступать на одной сцене, что всего через полгода и осуществилось. 

Итак, 1999-го же года альбом «За Родину!» — не только переиздан, но мне настойчиво кажется, что и пересведён, поскольку бас стал звучать куда объёмнее. Хотя, не звук там главное. Там главное — содержание, которое таких, как я, ещё размышлявших но начала 2000-го года, подхватывало и вовлекало в новые миры, в новый коллектив, где горят глаза таких же что-то уже понимающих, но больше интуитивно тянущихся к революционной эстетике и звуку. Серия «Звуки АКМ», в которую вписали мы педантично и нашу первую кассету «Концерт с ГО» — называется вполне честно. 

«Эй, боец, вставай-ка в строй, в небо мы пойдём с тобой, солнышко потрогаем руками, на облаках наследим…» (я почему-то про себя всегда пою «сапогами», хотя в оригинале «ногами») — стихи Михаила Новикова узнаются с первых строк. Гармония — примитивный «квадрат», звук — ну, среднеарифметический панк на основе ярко выраженного медиаторного баса с пухлым эхом. Сыграть так может нынче любой (разве что манера барабанить у Дмитрия Мажирина не всякому подражанию поддастся). Нечему тут восхищаться, однако я не просто с восхищением, а с каким-то даже аппетитом слушаю начало альбома… 

Мы все тогда ждали призыва, чтобы посеянные летовским «Концертом ГО» 1997 года (догадываетесь теперь, откуда взялось первой кассеты «Эшелона» название?) размышления перешли в действие. А рок 28 ГП — это именно прямого действия рок, какой случался за свою историю нечасто и не благодаря чьему-то мастерству, а потому что был месядж, лозунг, Смысл, было попадание Слова в тот квадрат времени и места, куда второй раз бомба не падает. Моей бомбой стали именно 28 ГП, хотя я и был тогда весьма наслушан всякого прочего, и в металле да гранже, и в арт-роке был докой (собрал весь выборочно нравящийся «Пинк Флойд» на кассетах, до 1975-го — вышло десять). 

«Принесите себя в жертву революции, продолжите дело Красных бригад, поднимайте в стране восстание… Смотрите на Солнце не смыкая глаз» (как тут не вспомнить и прозу 1920-х годов Сигизмунда Кржижановского!) — радостные, тоже простейшие повторяющиеся панк-аккордики второй песни, предвещают сразу же что-то неистово радостное, мажорность гармонии и здоровый экстремизм тандема Новиков/Горбулин влечёт вперёд, в атаку. То, что тогда, на кассете, казалось скорее недостатком — те самые живые, слишком живые и местами неровные барабаны, — теперь  выглядит, слушается как изюминка, как буйство коллективизма в одтельно взятой песне и теме, как электроиндукция, без которой невозможен рок.

Да, нынче за такие песенки сажают — прямые призывы к «насильственной смене конституционного строя» звучат в каждой строке, но звучат как прозрение и радость выстраданного действия. Конечно, было навито это передовицами «Завтра» и многими другими источниками, но так просто и так в этой простоте красиво не смог до 28 ГП никто. Хотя, мы ждали чего-то такого, искали под вывеской RAF — тоже «разогревавшей» ГО группы, которую так никто из моих друзей и не слышал, но якобы она целый альбом с подачи Егора Летова записала на «Хоре», оставшись для нас группой-мифом. А вот «Панцфиловцы» оказались проворнее и ближе. 

Названия песен тут тоже настолько лаконичны, что и предсказуемы: Мораль, Мужество, Восстание. И вот уже, после самой экстремистской второй песни — вступает потихоньку Иван Баранов, маяковский «Наш марш» в его версии какой-то заполошный, но этим он и подкупает! Как бы инсценируя своё появление — просто с акустикой, Иван потом, когда коллектив подхватывает его скачку, поёт с таким боевым и яростным напором, что даже воздуха порой не хватает (и это — тоже рок, это слышно). В общем, встреча состоялась, и дальше, хоть песни в исполнении Славы Горбулина преобладают, но левый вектор, чётко взятый голосом Ивана, не потеряется, не затрётся… 

Иван поднимает, конечно, 28 ГП на новый уровень — вроде бы с тем же оружием, с теми же панк-арранжировками, но куда богаче и идейно, и мелодически. «Молодое Солнце» Дмитрия Одинцова, «Восстание» и «Красная армия» Николая (Сулеймана) Стальского — того самого, которого выстёбывал Егор Летов в «Коммунизме», — звучат так, что хочется немедленно снимать клипы на эти песни, визуальный ряд рвётся в воображение.

Но поскольку это всё же 28 ГП, а начинались они со стихов Михаила Новикова, который не будучи голосом группы, был её «движком» — то после народного гимна РККА идёт «Слава России!». И этот клич в 1999-м — совсем не то же самое, что звучало в 2004-м на Красной площади из уст Путина. Тут — бунт, тут ещё неразборчивое, «красно-коричневое» неприятие капитализма как сугубо национального бедствия. И рифма тут «Возмездье неотвратимо/Слава России!» — это вам не хитренькие формулировочки, которые просчитывают социологи и спичрайтеры вроде поэтессы-песенницы Поллыевой— про демократическую державу, а затем уже Путин произносит клич власовцев «Слава России». Впрочем, перетянули и это — приватизаторы во всём ушлЕе нас, поющих о другой России, о другой стране, которая сейчас-то уже научилась различать и буржуазный национализм, и подлинный марксизм. А тогда,в 1999-м и 2000-м мы не знали, что такое буржуазный национализм, любой патриотизм, как и в 90-х настораживал буржуазию, ибо она была тогда гражданкой мира в РФ априори. 

«У рубежа» — особая песня, выбивающаяся из боевого саунда альбома-бомбы. Так вот когда и где мы открыли Юрия Кузнецова! А я-то думал, что «За Советскую Родину» с бриджем из его «Сталинградской хроники» это в рок-коммуне первое с ним знакомство (у него ещё есть обадленно краснознамённые ранние стихи про Гражданскую — не в песню, в несколько песен просятся). 

«За Родину, за Сталина, за Ленина…» — вот типичная песня изначального для 28 ГП тандема Новиков/Горбулин, и именно она, помню, и сдвинула меня с места — я достал кассетную вкладку, нашёл на ней телефон, позвонил в штаб «Трудовой России», узнал у дежурного дедушки, когда проходят собрания АКМ, и к ноябрю уже был де-факто не только членом СКМ, но и постоянным посетителем собраний и концертов, организуемых АКМ. 

Песня «Мой генерал» — есть и на других сборниках песен И.Баранова. Изначально посвящённая только что убитому в 1998-м Льву Рохлину, заговорщику-неудачнику, которого не только Ельцин, но и Путин успел узнать не из песен (есть версия, что свою «стартапную» должность главы ФСБ в день убийства Рохлина Путин получил не случайно) — потом эта песня разбрелась по Сети как чуть ли не гимн власовцев, и нашли умельцы подогнавшие соответствующий видеоряд. И всё это казалось бы баловством, не встань впоследствии Иван Баранов именно на эти антикоммунистические и даже монархические позиции. Но не будем пока о грустном. В песне запечатлелся тандем отца и сына, чем нам она особо и дорога: отец Ивана и был его основным учителем музыки, правил его партитуры и в период работы «Эшелона» над первым альбмом. 

Закрывает альбом песня с жиденьким звуком — явно не из основной сессии, происходившей на студии «Бауманки» в новом ДК. «Мы русские, а русский не сдаётся — поднимем наше знамя над Кремлём» — поёт Иван, и мы все воображаем Красное знамя, конечно же, хотя словам-то соответствует вполне и триколор. Но тогда, на рубеже веков иные бродили смыслы в головах, ещё не выплеснувшиеся на площади. 

Голосом, очень напоминающим Егора Летова, Слава Горбулин пел именно то, что мы хотели бы услышать в творчестве ГО, но там имелась своя линия, и она, зарулив в леворадикалы, потом метнулась в иные, нарко-миры, а вот 28 ГП уловили здравый революционный импульс, и потому это не просто подражание, нет!

Это как бы экспроприация харизматичной манеры пения — Слава копирует её даже на выдохах и характерных призвуках, но осуждать тут нечего. Пик сценической славы 28 ГП как раз совпал с выходом их двух альбомов и наращиванием сил АКМ, чему именно эти все песни и способствовали: существование рок-коммуны, о которой заговорили в начале 2001-го, как некоего творческого ядра АКМ влекло в организацию ту самую молодёжь, что до этого воспитывал зарубежный рок. Инициатива была перехвачена. 

И вот, между первым номерным и вторым альбомом прошёл всего год, а как много за этот год изменилось! Кассетный альбом «Посторнном вход запрещён» в нынешней, дисковой версии — «Всю правду в небо» — уже имел презентацию на «Народном радио», о чём в штабе АКМ 28 ГП с гордостью сообщили. Там и тогда я «пристыковался» к Ивану со своей демо-кассеткой «Отхода». На альбоме из изъянов — нет живых барабанов, «забитые» звучат (да и кто бы из группы сыграл тогда так уверенно на двух бочках? Уж точно не Мажирин и не Слава, писавшие на первом альбоме барабанные партии), зато этот же изъян даёт больший простор для работы гитариста, основным из которых ещё с прошлого альбома стал Артур Михайлов, и ритм, и соло выводящий весьма убедительно. 

Переиздание и переназвание, на мой взгляд, пошли альбому на пользу. Обложка, на фоне первой компьютерной выигрывающая явно, сподвигла меня найти у Леонида Леонова в повести «Взятие Великошумска» следующий иллюстрирующий отрывок:

«Маневр получал блистательное оправдание; даже стоило устрашиться в иное время, не слишком ли судьба баловала Соболькова. «Пантера», а вовсе не «тигр», как оказалось, проходила всего в ста метрах, да и ощущение этих ста следовало наполовину отнести за счет метели и потемок; она проходила в профиль, дразня широким, граненым задом вскинутое на подъеме жало двести третьей. Собольков ударил ее еще раньше, чем Литовченко вогнал машину в кусты; он ударил ее дважды — кумулятивным снарядом и тотчас же, не меняя прицела, подкалиберным в живую мякоть у подмышки, над вторым сзади катком, где кожа «пантеры» утончалась до 45 миллиметров. Это было все.

Он испытал слабую ноющую усталость в руке, как если бы лично поразил коротким толстым ножом и повернул его в спине зверя. Двести третья стояла с открытыми люками, вся на виду, и потому экипаж мог в подробностях наблюдать это, недоступное ни на одном полигоне мира… Невыразимый полдень шумно рванулся из щелей «пантеры», неправдоподобных, дырчатых и косых, а плита командирской башни отлетела, чтобы запертое солнце могло выйти наружу. Литовченко сменил место не потому, что ослепительный свет превращал самое двести третью в мишень, а из желания укрыться от огненной измороси, от которой горел даже снег. Сам Дыбок — холодный, рассудительный Дыбок поддался колдовскому очарованию зрелища.

— Хлебни русского кваску!.. Вот он, эликсир жизни, пусть напьется досыта,

запальчиво шептал он, но какое-то гордое достоинство мешало ему еще и еще бить из пулемета по пламени, хотя и чудилось, враг еще полз на одной гусенице и с вулканом в брюхе, так вихрился оранжевый пар вокруг него, — Выпей русского кваску… пей!» 

Поскольку аннотацию к переизданию я и писал, то позволю себе вторую и последнюю пространную цитату: 

«В истории рока бывали группы, прославившиеся при одном лишь студийном альбоме, как Sex Pistols. «28 Панфиловцев» на своём третьем и последнем официальном альбоме демонстрируют эталон стиля, который вскоре с лёгкой руки Егора Летова стали называть Red metal. Если на предыдущем, «За Родину!» ещё ощущается доминирующее подражание «Гражданской Обороне», тут аранжировки ужесточаются, гитарные соло Артура Михайлова убыстряются и звучат даже в медленных акустических песнях по-боевому, нетерпеливо, часто обгоняя общую динамику композиций. Наступательный порыв вышедшего на первый план вокала Ивана Баранова, двухбочечность барабанных партий, стальной монолитный, характерный для раннего хэви и панк-хардкора медиаторный бас – вместе не звучат уже как расхлябанная самодеятельность «красной молодёжи» или как переинструментовка «минусовых» песен Баранова со сборника «Песни сопротивления».

Альбом удивительным, органическим образом соединил металлическую и даже трэшовую жёсткость без излишков драйва с акустически-гитарными и вокальными, былинными, батальными просторами, отнюдь не присущими ни совроку, ни русскому року того периода вообще. Идеологическая, образная, не чуждая православия «красно-коричневость» сквозит в гимнах «Империя», «Воскресать», «Всю правду», «Воронья стая» (как раз о 1993-м), и изначальный военно-патриотический дух 28-ми здесь посоревнуется с «Коловратом» (куда ушёл барабанщик этого, второго состава 28-ми). Отчётливо коммунистический старт альбома, «15 ножей» и спид-металлическая «Как хоронили» имеют и контрапункт, как по звуку, так и по смыслу – деидеологизированные «Дождь», «Человек, который хотел умереть», покаянные «Анархисты». Безусловное отличие от предыдущего альбома – мелодизм соло-гитары, профессионально уже вплетённый в аскетические композиции. Это альбом всё ещё поисков, но и явных находок — при сузившемся до определённости стиля саунде. Далее этот стиль, Red metal до «Красной альтернативы», с 2001-го развивал уже «Эшелон», в который ушёл Иван Баранов.» 

А теперь самое главное. Мы, всю свою рок-жисть мечтавшие об изданиях на каких-либо лэйблах — достигли своего слушателя. Как говорится, двадцать лет спустя… Не «Союз», всё ещё кого-то издающий на дисках, нет — простой, но весьма квалифицированный рабочий сделал на свои трудовые рубли небольшой тираж. Да-да, я хочу чтобы это знали все: и Слава Горбулин в своей смоленской ссылке подальше от тлетворной Москвы, и о переизданиях своего творчества не помышляющий экс-силовик Михаил Новиков, и даже Иван, проклинающий нынче всё то, о чём так прекрасно пел на заре 21 века. Точно такой же Иван, только в городе металлургов, сознательный рабочий класс, — озадачился, нашёл его товарищей (отдельное спасибо рок-коммунару, отошедшему от рока, другу Славы Горбулина Алексею Кольчугину), нашёл исходники албомов, и вот, мы все с вами теперь получили в руки вполне материальную радость. 28 ГП переиздал пролетарий, как когда-то Осип Брик издавал Маяковского. Живой след в истории рока — а уж что он ценнее любых классиков русского рока с их мурлыканьем и несплюнутым мумиём, это будьте уверены. 

Дисков не так уж много, и я хочу, чтобы они попали в руки людей неслучайных. Не из снобизма, а из большевизма. На концертах рок-коммуны будем распространять и через наши коммунити в ВК.

Share This:

Оставить комментарий