Двадцатилетие МРК: в гостях у ЛРК и самые истоки (ч.3)

Как вы помните из предыдущей, второй части данной трилогии, увидев быстрый рост и возрождение МРК из нашей малой ячейки Банды/Эшелона, я устремился к товарищу Алексу-7 (Alex-7 был его ник на сайте Разнузданных Волей raznuzdan.ru, он был админом форума — сайт был единственным на всю МРК форумом, оперативно сообщавшим и о концертах, и о планах, помимо того что был дискуссионной площадкой) не просто ища, но возрождая в нём соратника, под занавес 2018 года. На первом фесте НПЛ пришлось пропеть самому единоутробно, но будущее сулило всё же снять с меня и эту «почётную должность»…

Тут, наверное, стоит образно «сфотографировать» это навязчивое, повторяющееся действие в двух случаях — и нашу встречу с Кубаловым на Первомае-2017, старт пятого периода МРК в 2018-м, и встречу с Алексом. Кто читал роман «Времявспять«, помнит, что социальное время там выражено метафорой потока, — неоригинальной, если не вглядываться в этот временной поток. А в нём бывают и водовороты (времяворОты) и подводные течения — в общем, оно неоднородно, это водное движение и течение в ту или иную сторону, и зависит от идейных потоков внутри социума, потоков, которые однажды побеждают и задают общее направление времени (социального).

Так вот — этот момент 2017/18 я бы описал как попытку рок-единомышленников сцепиться, зацепиться личными временами друг за друга, как поиск соратников для противостояния тому социальному времени, что враждебно протекало мимо нас, с нас смывая свою неизбежную дань — годы. Социальное время это «не послушалось» тех наших творческих и политических воздействий на него, которые имели место в боевых нулевых и начале десятых на Болотной — и работало не на нас, мягко говоря. Шло вспять нашему коммунистическому, коллективно обретённому, но временно истощённому вектору — шло к ближайшей заветной цели правящего класса, к реставрации не просто капитализма, а желательно и царизма.

Мы же — шли против течения, как и прежде, иногда обрастая массой и становясь потоком. Чтобы сойти с места, где вспятный поток бессмысленно смывал с нас витальные слои — требовались зацепки и сцепки. Требовался скелет надёжной конструкции, готовый обрастать новой плотью, новой молодостью, новыми песнями и агит-акциями. И вот так, здороваясь-братаясь, глядя друг на друга и фиксируя точку отсчёта здесь и сейчас, в нас и нашем взаимопонимании, не отвлекаясь на враждебно-внешнее протекание вспятных (а почему вспятных — читайте вышеупомянутый роман-эшелон!) времён, нам и надо было формировать новое ядро МРК.

Тут надо отметить позитивную роль Константина Сёмина, ощущавшего, видимо, что-то похожее под занавес проклятых десятых — он пел и на 100-летии Комсомола, и на первом НПЛ, выступал скромно-акустически, исполнял не только свои песни (там, кажется, был даже «Наутилус»). Ему не понравилась наша шумная Банда, кстати — да, мелодичность вокала тут не часто бывала. Но надо помнить, что МРК никогда не бравировала сценическим уровнем и профессионализмом.

Искренность, убеждённость и доходчивая агитационность высказывания, вот что ценилось всегда выше всего прочего, исполнительского — нами. Потому что мы — такой полюс, на другом, противоположном — всяческий арт-рок и исполнительское искусство, «Театры снов» и в них «Слепые гвардейцы». Никакая неуклюжая панковатость, звуковая лажа — особенно на фоне очень профессионально отзвучавшего уже за 00-10-е ресторанно-максидромного буржуазного русского рока, — не могли остановить отливку и восприятие идей в песнях рок-коммунаров. Весь буржуазно-профессиональный русский рок (от «Ногу свело» до просетлЕнного «Аквариума») в 90-х и 00-х отыграл в клубе «Парижская жизнь» — здание слева от театра «Эрмитаж», маленькое помещение на двадцать столиков олигархов… Мы (МРК) возникли как антитеза такого типа профессионализму, это факт исторический.

И на конец 2018-го в МРК насчитывалось даже не четыре (как на старте в 2002-м), а пять групп, готовых вновь из злобно собранной в кулак руки сплит-состава «сборной 2014-го» распускаться садом ста цветов: Строки и звуки, Эшелон, Банда Махоркина, Аркадий Коц, Утро в тебе. По стилям палитра от нашего red metal до soft rock’a. Сёмин, кстати, сделал ставку на Утро — и не уверен я, что выиграл, но мы тут не о вкусах собираемся спорить и не в азартные игры играем. И пройденное благодарно вспоминаем.

«Строки» я поставил первой в списке не случайно — группа и была локомотивом на этом, пятом этапе. Товарищ Кубалов кипел новыми идеями, заводил новые знакомства, как тот Марксов крот Истории прорывал нам новые ходы — и вот, в 2019-м мы уже спускались в каменоломни Сьян (близ Горок Ленинских, кстати, где Отход в лице Минлоса и меня пел осенью 1997-го последний раз, на Фестивале реального андеграунда с ЗАиБИ — коллаборация в основном анархически настроенных групп «За Анонимное и Бесплатное Искусство», с которой части пел Ермен и его «Адаптация»), словно и здесь ища тот источник революционного, а не реакционного — потока «временивперёд».

Мы углублялись в «красное» время и творчество, теперь вполне буквально отдаляя шумы времени внешнего. Из красивой, солнечной зимы спускались во тьму, где только фонарики товарищей — освещали путь вперёд. Что могло быть в данном случае более буквальным выражением всего того что я писал выше? Шли цепью друг за другом… Такая практика, понятно, возникла для сплочения — и к чести новых рок-коммунаров надо отметить, что даже женственное Утро в Тебе, видимо, из романтики КСП, всё же не чуждой группе, погрузилось в молчанье подземелья, чтобы затем спеть своим (Левый Блок был в основном) на глубине 30 метров. Были и пели представители всех групп обновлённой МРК — четырёх…

Не было с нами только Махоркина. Да, домашние дела, суета-езда туда-сюда, то самое превалирующее над творческим бытовое, дОлжное время — у кого не бывает?.. Да, и малая подземная вылазка эта МРК была необязательной, и лишнее акустическое исполнение ничего не меняло, но та самая синхронизация — в нашем деле первичная, — видимо, становилась тише в условных пределах Банды. Этому немного способствовало и плохое физическое состояние товарища Петухова, который отпахал с нами (причём с двумя составами) с перерывами — с 2001-го года, полных 16 лет! Лёха попал в небольшую автомобильную аварию с одной из металлических групп, в которых неуёмно играл — их полный салон, в коем ещё и барабаны ехали, сзади «поцеловала» в бампер чья-то легковушка. Не сильно, но что-то сдвинулось у Лёхи в позвонках и мозгах, и он решил начать лечиться… Мы навестили его с Егором в больнице, поняли, что репетиций какое-то время точно не будет.

Но микросоциальное МРК-время ждать не собиралось, предновогодняя разведка товарища Кубалова показала, что можно по весне сыграть в Ленинграде — чего, например, для Эшелона вообще не бывало даже в самые лучшие нулевые годы. Игравший с нами последние концерты единомышленник Лёня (экс-Slaughter2017) как драмер наотрез отказывался в этот раз играть и даже репетировать ницшеанские песни Махоркина. Эшелон — да, Банду — нет… А тут ещё сам товарищ Махоркин, как и в случае со Сьянами, не показывался в рабочем чате МРК до последней недели перед поездкой в Ленинград — а чат распределяет поровну работу по подготовке каждого концерта, коммунизм начинается с малого. В общем, коллектив МРК постановил не выделять времени на выступление Банды (варианты сыграть без ударника, в две акустики, например, как в 2013-м в «Джао-да» — конечно, были — причём ещё и хипповатый клуб «Слон до неба» с подушечками на полу для восседания, диван-сарай этакий, к этому располагал). Времени требовалось 20 минут…

МРК в Ленинграде под занавес «десятых», период пятый

Сам по себе клуб «Слон до неба», где мы планировали выразить моральную поддержку фигурантам «дела Сети» — неподалёку от Биржи и потешного памятника Сахарову (человеком из го*на его прозвали ленинградцы), — был очень скромен, но ведь это самое начало. Все мы сознавали, что этот новый, второй старт МРК подразумевает всё те же клубные ступени, что были в нулевых — хоть рок-поколение за прошедшее десятилетие заметно интернетизировалось и по концертам шляться перестало… И ступени эти надо пройти вместе, коллективно, чтобы слышался и множился шаг — в этот раз нас подвёз к ним, к ступеням клуба, травалатор, чудо-лента на ближайшей станции метро.

Прибыв в Питер поездом на Московский вокзал, все ощущали взаимные симпатии и здоровую бодрость, хотя ночь прошла общительно-весело и неспокойно, и барабанщик Утра (впоследствии и нам помогавший не раз), из ДНР который родом, Женя Горшков был ссажен с поезда в Бологом и «разрабатывался» местными отделом полиции как возможный украинский диверсант (паспорт навёл на подозрения, а уж барабаны — подавно).

И вот мы глядели, бодро шагая к «Слону», на льды Невы, словно на осколки уходящих «проклятых десятых» и заморозок Реакции, апрель тут — ещё зимний месяц… Концерт удался и, как водится, перерос в горячее братание, но ранее — возник Коля Плант, отчего-то проутюживший лишь одну мою статью, как раз о поездке МРК в Минск в 2005-м, о выступлении Анклава и Эшелона с Владимиром Селивановым. Возник в составе проекта «Коля Плант & Sobranie» в качестве басиста, гитарист-товарищ Меерцук с женою Машей, числившие свои восторги и наши песни где-то только отдалённо в нулевых, — а они вот, оказывается, мы как близко, и в новом составе! Выступление в Ленинграде снимал личный видеооператор Б.Г. по кличке Лесной, он и был в образе обитателя леса — не знаю, что стало с той записью, возможно, она была доставлена Б.Г. и оказалась на его полке «МРК: МРаК Неистребимого Совка». «Слон» был первой сценой, где Алекс попробовал петь, и ничего страшного не случилось. Пикантность этому дебюту в Питере добавляла традиция в клубе снимать обувь — длиннохайрые металлисты на сцене в одних носках, это был просто триумф хиппизма.

Своего выступления мы толком не снимали, там пока нечего было снимать, а вот товарищ Кубалов замечательно и неожиданно исполнил классику 90-х, подчёркивая в песне изначально-левый смысл — даю её в недавней московской версии, поскольку питерской нет (всё утаил Лесной на полке Б.Г.)

Товарищ Горшков феноменально успел из «обезьянника» Бологого к самому началу выступления Утра, а то Паша Филоненко уже отчаялся и готов был позвать стучать «на шару» нашего Лёню, замечательно отбарабанившего Коле Планту и Собранию без репетиций, — и я подумал, что Банда в данном случае смотрелась бы не хуже (да и времени было в итоге полно, даже после выступления всех гостей и великолепного сэта Аркадия Коца), но… Конфликт в Банде, причём отнюдь не организационный, назревал давно — увы, как я писал ещё в первой части трилогии, идейно монолитной МРК не была и в 2002-м.

Видео выступления Аркадия Коца, конечно, тоже нет — но я не могу не дать любимую их мною песню тут… Да, не Питер, а Москва там, Трубная площадь очевидна — но какие могут быть топографические и географические заморочки, когда поёт МРК ради пробуждения рабочего класса всей советской земли?

2019-й стал самым интенсивным и инициативным со стороны всех групп-членов МРК годом со времён Второго периода МРК. Не Рок-Первомай в данном случае, а фестиваль НПЛ «За свободу, против фашизма», посвящённый Дню Победы, прошёл 11 мая в «Гластонберри» хорошо. Если вспомнить сольный концерт товарища Кубалова здесь же 2017-го года — прогресс был разительный. Фест отличался ещё и необычным составом моей группы: мы вновь зазвучали с двумя ритм-гитарами, из которых одна была ещё и соло-гитарой, в руках товарищ Максима, а вторая, в лучших металлических традициях звучала в руках Паши Филоненко. Макс Морозов усовершенствовал и развил соло в «Песне воина-интернационалиста», которая прежде, на разогреве Г.О. звучала так (соло играет друг мой школьный Тоныч, левая «стрелка»):

Здесь же, в «Гластонберри», все показали себя молодцами, коммунарами. Это как раз принцип МРК неуклонный: если кто-то из групп теряет или просто не имеет инструменталиста, его заменяет рок-коммунар из другой группы. Увы, сама «Песня воина-интернационалиста» не была никем записана — а единственная съёмка велась Station Marx (за что товарищам благодарность), и захватила лишь часть «Священной войны», но хоть так запечатлела двугитарность Эшелона, по которой мы истосковались с первой половины боевых нулевых. Некоторая шаткость голосов, конечно, ощущается весьма, — но в бой уже ввязались, и для начавшего сольно петь только в этом году Алекса всё совсем неплохо!

Существуют группы с незыблемым составом, существуют протеические — сохраняющие название и костяк (как тот же Manowar), бывают группы «именные», состав которых варьируется при одном постоянном члене… Всё это, конечно, обобщения идущие от буржуазной, как правило, конкретики — но Эшелон, как и другие группы первого-второго периода МРК — не был группой третьего типа, а скорее — второго. Собственно, само слово «группа» об этом и сообщает. И тогда он двигался в путь, когда из легенды (тоже мне радость — печаль, скорее! нет ничего хуже, как уйти в прошлое и торжественно звучать лишь оттуда) — возвращался в действительность, из проекта становился вновь группой, коллективом.

МРК, за проклятые десятые ужавшаяся до одного сплит-состава, начала к концу десятилетия разрастаться «обратно», и Эшелон почувствовал вновь «мясо» на своём отощалом стане. Нашлись товарищи, с удовольствием играющие наши партии. Здесь общее определяло частное, здесь не могло быть одного в ущерб другому, и это (общее возрождение и ощущение необходимости собственного «клеточного» творчества, необходимости новых песен, песенного марксистского анализа десятилетия реакции и  социального регресса) — было первой победой МРК на рубеже «десятых» и «двадцатых». Сотрудничество крепло и иногда воплощалось вот так:

Год интенсивный 2019-й продолжался для нашего содружества групп даже летом — в период концертного затишья по буржуазно-клубным меркам. Мы трижды выступили в Рузе — акустически 8 марта в программе «Хлеб и розы» и 13 июня на презентации «Комсомола имени Летова» и «Веременивспять», в городской библиотеке, и затем — электрически, в парке «Городок». Лето вышло холодным и дождливейшим, однако это не остановило нас. Увидевший московскую активность МРК товарищ, что родом из АКМ, стал зазывать в августе выступить (кстати, нынче готовит нам позиции в центральном Доме Культуры)…

С нами играл мощнейший при всей своей внешней изящности Пётр Малиновский — дружба Алекса с Легионом не была словом пустым. Концерт этот, в силу непогоды собравший местного населения мало, между тем стал ещё одним, наравне с подземным испытанием личному составу — никто не дрогнул, не отступил (хотя поначалу под дождём аппаратура долбасила током, и мы всерьёз думали купить резиновые перчатки в хозмаге, чтобы играть и держать микрофоны). Группа поддержки левоблоковцев, прибывшая из Москвы с нами — подпевала знатно, чем давала понять, насколько слаба непогода под напором нашего жаркого красного рока!

Первыми выступили Строки и звуки, чем задали высокую всем планку, потом было Утро, за Утром мы и в самом конце, в сумерках — Кирилл Медведев, которому все мы подыгрывали от души (я побыл перкуссионистом). Записей осталось немного, но кое-что есть. Атмосфера борьбы со стихией буквально впиталась — орём, надсаживая микрофоны как во время атаки! И прекрасен Пётр Малиновский, наиболее удалённый от капель…

По осени нас ждал уже традиционным ставший (всего за год!) НПЛ — причём и в ленинградском формате. Отметим же, наконец, что это такое и откуда пришло. Идея Александра Кубалова, кстати.

Если вспомнить, с чего всё начиналось — был ещё в конце 90-х такой конкурс «Песни сопротивления». Правда, из всех групп МРК там участвовали только в персональном порядке 28 ГП и Анклав, а позже даже совсем не московский, но вполне легендарный Двигатель Революции (Горький), — но происходил этот конкурс в том же кинотеатре «Баку», где было самое первое выступление Эшелона… Так вот — выступали там под акустику или под «минус», от рока это всё было очень далеко, однако там начинала коваться сценическая слава Ивана Баранова! И вот оттуда же взяв — точнее, вспомнив, встретившись, посовещавшись, — мы пригласили на НПЛ Николая Прилепского и его коллегу Александра Беляева, то есть, не преследуя такой цели специально, мы демонстрировали преемственность не только двух поколений МРК, но вообще «лево-патриотическую» преемственность, которая к концу «десятых» казалась весьма сомнительной. Однако факт этот украшал НПЛ осени 2019 года.

Да, мы ведь совершили той же осенью и исторический рывок, снова в Ленинград! Выступили в «Сквере» при поддержке Ленинградского рок-клуба, за что специальная благодарность Майе Амайри… Выступление в клубе «Сквер», что на Беговой, близ парка 300-летия СПб, почти на берегу Финского залива — конечно, отличалось в лучшую сторону от «Слона». Правда, и тут возникли проблемы на стадии организации — звукача и пульт коллеги из ЛРК добывали уже когда мы прибыли в клуб и мирно обедали.

Самый этот момент я запечатлел в памяти, оказавшись на месте тамады в торце стола. По другую сторону — был Александр Кубалов, и мы угощались на родимые средства МРК (их хватало на Ж/д-билеты группам и такое скромное питание), что добавляло супам и салатам особой аппетитности. Все четыре группы без малого (за исключением отдельно отобедавших в ресторации Паши и Оли из Утра) за одним столом… Почти как на записи сборника МРК#3 (первые два МР3-сборника распространялись в период 2005-2008), которую увенчала «Красная заря». Кстати, поддержать наше левое дело пришёл Вадим Курылёв (ЭлектропартиZаны), и спел акустическую программу, включая песни с новейшего альбома.

Как видим мы, «формы времени» — в нашем конкретном случае мероприятия, способные объединить авторов-исполнителей и их идейных товарищей, — отливались всё новее и новее, и с неизбежными поправками на действительность (тысяч, как на площади Революции в 2002-м мы сейчас не собрали бы, да и «не время» — настал период собирания камней). Был Антикап, давший важный импульс «первой ступени» в первый, стартовый период МРК, был Рок-Первомай (в 2002-м прошедший и клубно в «Джови-Бови», ДК завода Каучук, — единственный раз когда МРК выступала с Сантимом и его Бандой Четырёх) на втором этапе, был Че-фест на третьем этапе — но на смену им в пятом периоде пришёл клубный НПЛ, переформатирующий аудиторию от митинга-концерта до своеобразной приёмной комиссии, где зачастую (да-да, прямо на НПЛ) и принимались новые группы.

Одной из них, — для нас, краснометалльных бойцов, так вообще долгожданной, — был Рабкрин. Наших убеждений, нашего звука — товарищи услышали об МРК только недавно! Всё-таки требовался коллективный уровень громкости… Из Загорска, эта группа мощнейшим образом выступила годом позже, — что, к сожалению, не запечатлено было в традиционном для НПЛ пабе, — но той же осени 2019-го загорская запись имеется!

Год небывалой активности МРК (сравнимой разве что со вторым, взлётным периодом) двигался к завершению, однако Алекс наш решил так его, запросто, не отпускать, а отметить коллективно свой и одновременно бас-гитариста Легиона Стаса Козлова дни рождения в очень хорошем по звуку и размеру для данного мероприятия клубе «Алиби»! Играли все, кроме Аркадия Коца (от металла наиболее далёкого) составы МРК, и выступление это стало на данный момент последним живым-записанным — для Эшелона. На нём впервые в живую прозвучал (благо, искромётный соло-гитарист Легиона Сергей Салкин был рад помочь) наш русскоязычный кавер на Hector storms the wall (Manowar). Лайв этот целиком легко найти в соответствующем разделе данного сайта.

Период пятый, вступая в 2020-й: апогеи и пигмеи

Вдохновляясь инициативностью товарищей, конечно, и закопёрщик НПЛ товарищ Кубалов звал к штурму новых вершин, выводил наш фест на международный уровень. К делу подключились ОКП и Боротьба (запрещённая с 2014-го на Украине организация), и вот, в феврале 2020-го года, пока пандемия на пала тяжёлым занавесом на нас и не разделила страны, состоялся первый концерт Grup Yorum в Москве (на «Стрелке», в прямой видимости Кремля, в клубе Livestars). Само собой, почти вся (не смогло в этот вечер выступить только Утро) МРК была в полной боевой готовности. Включая группу-кандидатку в члены МРК «Саманту Смит».

Вадим Курылёв, наш ленинградский товарищ, конечно же, тоже прибыл и спел по такому торжественному случаю, укрепляя рок-солидарность левых групп worldwide — спел немного другую программу, нежели в «Сквере», местами полиричнее, местами позлее.

Вообще, в этот раз все были склонны к акустичности, поскольку и состав Grup Yorum был весьма камерным и неэлектрическим по сравнению с выступлениями в Стамбуле и Париже — правда, этого нельзя было сказать о Строках и звуках и Саманте-Смит… До сих пор Саманта выступала на НПЛ акустически, а по случаю попадания на столь прославленную площадку созвала всех своих воинов. Это было последнее её выступление в составе МРК, потому посмотрим и взгрустнём (и расскажем потом — почему последнее).

Данный международный фестиваль (не МРК — в Афины в 2006-м, так турецкие коммунисты — к нам в 2020-м!) можно считать пиком, апогеем пятого периода. Замечательно звучали все — не смотря на разность саундов (Кирилл Медведев выступил сольно, например, под акустику, которую никто, увы, не записал). Кстати, узнаёте нашего Макса? Он замечательно вписался в состав Строк, — вот она, энергия рок-комунарства!

Звучали даже лучше, чем на сольных концертах — которые тоже встали уже в повестку дня, поскольку сил и песен поднакопилось за два года, и, например, Строки и звуки презентовали в новом году в легендарном «Вермеле» одноимённый альбом, полный в основном лирических песен (что, конечно, напоминало мне раннее, да местами и позднее сольное творчество Разнуданных Волей), но и не без политических изюминок. Всё никак не могу познакомить лично Кубалова и Кольчугина, есть у них созвучия, есть!..

И, поскольку мы говорим о пике пятого периода, не можем мы не прикрепить сюда хотя бы вступления к выступлению самой Grup Yorum. (Само же их выступление, конечно, давно облетело планету и всеми отсмотрено.)

Однако, отвлекаясь от выступлений, тут нельзя, конечно, упустить события, предшествовавшего фестивалю. У нашего Товарища Музы, у Джейн был в ЛНР в бою убит любимый человек, боец «Призрака» Антон Коровин. Он был на нашем осеннем НПЛ, товарищ Джейн нас познакомила, мы как раз оказались за одним столиком, перебросились парой фраз, а потом он нас слушал вместе с Джейн, обнявшись напротив сцены. Мне конечно бросилась в глаза его мрачноватость (слегка отступавшая во время звучания наших песен) — сложно оставаться на войне оптимистом, но вот коммунистом он оставался до конца, вплоть до момента когда вытаскивал старшего товарища из-под обстрела — потому и погиб. Само собой, такая новость для всей МРК (поскольку Муза наша едина) прогремела безжалостно. И в случае нашего камерного на этот раз состава, отпечаток лёг на все песни, хотя Джейн просила посвятить погибшему всего одну, и это была, конечно, «Песня пьющих солнце» со второго альбома…

Исполнив тогда эту, уже не новую, песню (с альбома, который в количестве 10 экземпляров отправлял я в 2014-м в «Призрак» с политкомиссаром товарища Мозгового), мы конечно ощущали себя неловко перед товарищами и перед Музой — такому человеку, такому идейному бойцу, которого к сожалению мы и узнать-то толком не успели, нужно было посвятить новую песню. И она появилась — но лишь год спустя, и будет на третьем альбоме. Потому что тема встающих на передовую коммунистов, интербригадовцев (Антон — уроженец БССР), тема пытающихся ценой свей жизни повернуть ход Истории в Нашу сторону, пусть и в самых гиблых местах «постсоветского пространства» — это наша тема. Высокая цена этих жизней, их недозвучавшая патетика — ждёт адекватного отображения в песнях, в них и продолжат жить они, хочется нам верить…

И нельзя тут забыть, что Строки и звуки вместе со скромно представленным Утром — ездили в ЛНР/ДНР, выступали в непризнанных Украиной, РФ и «мировым сообществом» народных республиках, об этой поездке позже режиссёр Сергей Феркель сделал небольшой сюжет. Первая поездка была осенью 2019 года — акустические выступления прошли в Донецке, Луганске, Кировске. А вторая поездка была через год — электрическим составом Строк рок-коммунары ездили как раз в феврале 2020 года, перед фестивалем в Москве. 14 февраля выступали в Первомайске, в колледже, а 15-го февраля в Донецке, в клубе. В Донецке вышли в эфир на Радио «Комета» с Энди Графом. В Кировске, к сожалению, в этот раз выступление пришлось отменить, организаторы тогда уехали на детский фестиваль в Луганск.

А потом… Потом была пандемия и долгий домашний карантин (отменённые весенние выступления МРК в Москве и Ленинграде), был период немоты, из которого мы вырвались на Онлайн-Первомай через компьютеры и ноутбуки, и Муза была наша опять с нами, подбадривала, слушала, вела часть эфира. Впрочем, и в домашней заперти мы не теряли связи с мировыми событиями, и как только прогрессивная Америка восстала против полицейщины с расистской «подкладкой», мы (МРК) благодаря нашему товарищу Музе вышли в эфир международной солидарности вовремя (она самая первая там, наша Джейн).

Тут-то, в летнем затишье пандемии 2020-го (не таком уж затишье: выступили всё в том же О’Коннелзе в день взятия казарм Монкадо, на акции поддержки борющейся с империалистической блокадой Кубы), мы и вспомним о Дим Дымыче Белом, который в МРК появился в 2019-м, даже раньше Рабкрина и полуакустического сперва товарища Егорова, и выступил Белый аж на двух фестивалях НПЛ сольно, акустически, за что и был награждён в соответствующей, наиболее близкой к его жанру номинации «Стих», премией имени Демьяна Бедного, — а мы о нём не сказали ещё ни слова. Вот, кстати, момент награждения на НПЛ-2020, о котором потребуется подробный рассказ чуть позже.

Фамилия Белый, сообщу попутно, — точно такая же настоящая, не псевдоним, как и Чёрный, моя фамилия. Всё в МРК — всерьёз и лишено напускного сценизма. Пришёл к нам Дымыч, между прочим, из марксистско-кружковских кругов — что для пятого периода логично…

Перед тем, однако, как рассказать об НПЛ-2020 я не могу не упомянуть о приглашении выступить на «Винтовка-фесте». Наш уже накатанный мостик в Ленинград работал даже в пандемию, и именно моей группе по наводке, опять же, товарища Кубалова, выпала честь открывать фест в Москве, а затем продолжать его в Ленинграде. По такому неожиданно-торжественному случаю (тем более что не только мы, но и 28 ГП «Гражданской Обороне» не были чужими, скромно выражаясь), Вячеслав Горбулин подал голос из своего Смоленска, и был нами приглашён участвовать в двухдневном этом туре — что, опять же, для пятого периода даже в момент пандемии, не было чем-то неординарным.

Сам факт возвращения Славы если не во всю МРК (хотя, это знакомство, безусловно, просто обязано состояться — желательно на НПЛ-2022), то в его уголь-ваген, в Эшелон — с группы которого МРК и начиналась практически, — воодушевлял нас. И об этом фесте (для нас ставшем традиционным — и в 2021-м выступили в Ленинграде!) мы даже смастерили два сюжета, первый из которых — выше, а второй — вот.

Сентябрьское выступление в Ленинграде, конечно, взбодрило нас, и в ходе подготовки к двухдневному тоже, но нашему, традиционному московскому осеннему фестивалю НПЛ — мы настраивались на лучшее, причём с участием совсем юного нового гитариста и всё того же Жэки Горшкова на барабанах. Фестиваль планировался с размахом в два дня, — групп уже набралось столько, что в один вечер не уместишь! — первый 6 ноября, второй 7-го. Однако тут встряло обстоятельство, которого никто не мог бы спрогнозировать.

Не действовала на нас столь же внешняя, связанная с пандемией депривация (сокращение непосредственного общения) и деморализация, сколько возникший на пустом месте внутренний конфликт. Конфликт изначально даже не групп МРК, а кандидатки — с МРК. Скандал устроила странноватая, прошлой осенью себя попробовавшая на этой сцене у Покровских Ворот Нина Гарнет (дэвушка с контрабасом), поющая по-русски в стиле кич-кабаре, но с вкраплением антибуржуазности. Изначально кандидатка сочла, что МРК обязана ей, контрабасу и коллективу оплатить дорогу до Москвы из Подмосковья.

Поскольку Гарнет никто (слава Совету Стаи — так называется в МРК совещательный орган) не принимал в МРК, об этом и речи быть не могло — тем более что в виду отсутствия концертов с весны, казна МРК была пуста. Такие принципы наши, между тем, только распалили скандальность Клорнетихи, и она, предварительно (безуспешно) повыведывав у представителей почти всех групп МРК, кто тута главный и у кого ключи от кассы — записала видеоролик, где прямо пожаловалась на отсутствие бесплатного чая для участников фестов МРК и узурпацию «кассы» товарищем Кубаловым. Вдобавок это Клорнетиха связала с «агитационной двусмысленностью» МРК, которая призывая к социальному равенству, вот так плохо и «непрозрачно» распределяет «сверхприбыли» от концертов (которых, как я писал выше, хватало в лучшем случае на дорогу до Питера и обратно — хотя, билеты обратно чаще покупали на свои, что для Утра в тебе, например, Эшелон однажды и сделал в порядке традиционной взаимовыручки МРК)…

Буря в стакане чая эта, конечно, так бы и осталась в одном ролике Клорнетихи — но непонятно с какой стати, Утро в тебе, Довран Флинт (гармонист Аркадия Коца) и Саманта-Смит решили выразить солидарность кубанской «сиротке». Анекдот двухминутной длительности смеха (для тех, кто хорошо знал альтруизм и нестяжательства всех групп-членов МРК) таким образом мог бы перерасти в раскол МРК, однако «костяковым» группам хватило ума не поддаваться на провокацию кандидудки. Новость о поддержке Клорнетихи со стороны Утра — пришла по телефонной связи непосредственно в полночь, когда мы репетировали как раз с «утренним» товарищем Горшковым нашу программу на «Хендриксе», то есть уже в день выступления, 6-го ноября. Поддержка выражалась в невыступлении Утра с нами, «непрозрачными» расхитителями рок-коммунальной собственности — и громком объявлении об этом в своих коммунитях, на что Совет Стаи мгновенно отреагировал исключением группы из МРК

Исчезновения из программы феста Саманты-Смит (как и Клорнетиха, своей публики не имеющей, не приводящей) мы бы и не заметили, но вот «ненаставшее Утро», конечно, подкузьмило (традиционно ориентирующиеся на группу члены РКРП и Station Marx — deleted)… Оправдания, дополнительные мотивировки оголения фронта были несерьёзными: концерт в тот же день где-то в Подмосковье, билетов на 6-е продано мало… В том-то и традиции МРК, что подобные буржуазные пережитки никогда и нигде не могут фигурировать как оправдание поступков. Но, увы, своим секундным хайпом Клорнетиха слизнула, что коровьим языком, подтолкнула к буржуазной логике и наших товарищей, с которыми нас связали узы общих композиций и инструментальное братство. Да и что скрывать, я искренне восхищался этим новым поколением красно-рокеров, которые лишь в 2018-м соединили свои рельсы с нашими. Очень надеюсь (ибо исторический оптимист!), что серьёзная работа над ошибками (тем более что направление идеологического, рок-пропагандистского-то движения не менялось — оно параллельно), позволит Утру вновь вырулить на рельсы МРК.

Конечно же, оголённым (Рабкрин в силу оргпричин не мог выступить 6-го, зато шикарно отдубасил 7-го!) участок фронта не остался, и Аркадий Коц с Александром Кубаловым и Дим Дымычем Белым (которые должны были выступать 7-го) дружно прибыли на подмогу Эшелону, оставшемуся вполне символично одиноко у линии старта, на которой был и Отход, например, в 2000-м, в кинотеатре «Марс» (правда, там всё было наоборот: народу полторы тысячи, желания выступать — хоть отбавляй, но организационная воля Удальцова подкузьмила).

Второй день осеннего НПЛ-2020 показал, что МРК как никогда сильна, полна новых песен новых же коллективов (Рабкрин в полном составе выступил шикарно, повторюсь, — увы, видеозаписи я пока так и не видел, — возможно, там просто зашкал звука…), и никакие дрязги не способны сбить нас с пути пропаганды идей научного коммунизма во всех разнообразных звукостилистических оттенках. Поддержал в первый, не опустевший день феста нас и старый друг МРК товарищ Каспер, что было запечатлено.

Стоит добавить, что конечно же в первый день феста мы сыграли свой давний каверок на «Пой, революцию» оборонскую и конечно же, товарищ Каспер подпевал её громче остального зала, вырвавшись к микрофону — НПЛ, который стал в итоге не прибавлением а убавлением групп (никто не помешал бы нам принять в МРК 6 ноября 2020 Саманту-Смит, например), всё же состоялся и показал, как важна базовая, внутренняя солидарность. Показал как хайповая «левая» мишура способна заглушить главное и сбить с единого пути. Поскольку шаг вовне для любой группы, даже считающей себя по буржуазным же меркам и популярной и самостоятельной, — как показывает история МРК, это шаг назад.

Метаморфозы и альбомная работа: период тот же, пятый

Трудный 2020-й завершался в МРК для кого-то подготовкой отдельных студийных записей, для кого-то — началом работы над давно обещанным альбомом. Не сулящий пандемийных послаблений 2021-й рисовался сплошной зимой без выступлений, но нас это, напротив, вдохновило на работу… Дело тут в том, что сам активный процесс выступлений и общения — в период, который казался коммунистам почти безнадёжным с организационной точки зрения, в период для партий совершенно «минималистский», почти подпольный, — вернул нас к летовской формуле «Есть альбомы, есть группа». Да, выступать со старыми хитами и даже отдельными новыми песенками — можно, но альбом как единица рок-высказывания (в том числе и политического, чего себе не позволяют даже врЕменные оракулы Сети или партий — потому что время собираться с мыслью и собирать булыжники, оружие пролетариата) всё же первичен.

Если у Строк и звуков, Аркадия Коца, Утра в тебе — за пятый период МРК (помимо общего нашего сборника) вышло по одному альбому минимально, то вот мы, аксакалы, всё это время альбом только обещали да вытаскивали (причём в предельно черновиковом формате — в акустике) по одной «песне с нового альбома». Пора настала сдержать обещания, и мы с Алексом засели в студию. И пока она, работа студийная, продолжается, у нас есть время не только ходить на сольные концерты товарищей, но и вспоминать-смотреть истоки.

Ну, и конечно же на РОК-ПЕРВОМАЙ в Ленинграде у нас нашлось время и силы. Тем более что это был первый концерт такого формата в городе трёх революций. И ехали мы на него (в виду дороговизны ж/д-билетов) впервые автомобильным путём — спасибо товарищу Егорову (Рабкрин), он не только стал гитаристом в нашем составе на этом выступлении (почувствовалась крепкая рука старого трэшера!), но и домчал нас быстрее поезда, и в семь утра мы были уже на квартире товарища Меерцука. Въезжали мы под неумолкающие в трэш-мобиле Егорова звуки тяжёлого металла — в солнечный и сказочно закрученный новыми транпортными хордами Ленинград, влетали в его плоскостную красоту на Советской скорости на Васильевский остров!.. Выступали вечером в Клубе моряков по наводке товарищей из РКРП — и нас на этот раз поддержала группа Территория Отчуждения, чем расширила анархо-солидарность от Электропартизан до новой строки в истории МРК.

Конечно, и возвращение товарища Горбулина к микрофону как результат бурной деятельности всей МРК 5-го периода, и скорости взятые товарищами, заставляют нас «разальбОмиться» (от «разродиться»), но прежде всего — ответственность избранного 20 лет назад революционного пути, который ни площади без песни, ни песне без площади — не одолеть. Совсем уже юные бойцы встают в наши ряды — в ряды поддержки МРК действием, и вот, пишет нам Леонид из Сталинграда, зовёт выступать. Но товарищ Горбулин ему для начала шлёт видеоматериалы, которых пока никто из нас вообще не видел, и мы обалдеваем от бесценности того, что и было-то ещё до МРК, но и МРК без этого сольного, длительного одиночного плавания 28 ГП не было бы…

Обратим внимание не только на исходную «летовщину» (сугубо внешнюю, по содержанию песен 28 Гвардейцев Панфиловцев были самостоятельны, особенно в изначальный, первый свой период, когда это был дуэт Вячеслав Горбулина и Михаила Новикова), но и на плакаты лево-патриотической оппозиции, на одном из выступлений наших товарищей фигурирующие! Да-да, натовские бомбёжки Югославии отражены там в весьма нынче экзотическом ключе… Но что было — то было, не нам делать купюры в истории МРК, важна этапность, важно развитие. Патриотическая составляющая в МРК второго-третьего периода, как и песня 28 ГП «Русской империи — быть», «русские наведут порядок» — всё это было ещё по сути отзвуками проигранного антилиберальной лево-правой оппозицией боя у Верховного Совета РСФСР 1993-го, но сменилось устойчиво левой, пролетарско-интернационалистской повесткой уже в начале боевых нулевых.

Вот эти две видеоподборки, склеенные сталинградцем Леонидом, — абсолютный эксклюзив данной моей трилогии, и тот, кто дочитал до этого места, вознаграждён с лихвою, надеюсь! Выступления 28 Панфиловцев под Рязанью в столовой пионерлагеря — вообще в утрУбе не было до сих пор, оно тихо жило в ВК-группе МРК и Эшелона. Между тем (если не отвлекаться на забавно-панковский антураж и хаотичную съёмку), это выступление будет получше некоторых, проходивших на большой сцене, перед Г.О.

Конечно, 20-летие МРК мы видели перманентно как большой концерт, в котором, как минимум, принял бы участие товарищ Горбулин, в нашем составе, — но пандемия внесла коррективы в наши планы, и празднование это проходит в таком, виртуальном формате. У формата этого есть одно преимущество — объёмы информации, которой у микрофона никак не выскажешь, тут легко умещаются.

И потому из нулевого периода конца 90-х, показанного выше, когда звук 28 ГП клокотал ещё оборонскими драйвами (тем, что Егор не спел, но на что вдохновил — как-то, на Васильевском спуске перед выступлением своим взяв газету «Чёрная сотня» и вычеркнув первое слово, написав поверх «Красная», так он дал название первому кассетному альбому 28 ГП) — мы переносимся обратно в 2021-й, на концерт, где произошла метаморфоза названия, но не группы. А каких только метаморфоз МРК не видала за свои 20 лет! Вот и Слава Горбулин, от которого из Панфиловцев уходил Иван Баранов в Эшелон, теперь с нами (и на грядущем альбоме, в том числе) поскольку при всех правых уклонах конца 90-х, стал совершенно нашим к 20-м.

И вот, собственно, в Lion’s Head Pub’e настал момент и концерт, на котором бы и полагалось отметить 20-летие МРК всеми составами — но пришлось за всех работать Строкам и звукам. Отмечу с восхищением, что на этот раз группа достигла максимального состава, и из неё легко можно было бы собрать две полноценные группы. Способность товарища Кубалова обрастать на сцене творческими единомышленниками — не переставала нас радовать, и теперь его коллектив напоминал отчасти цыганский ансамбль, где нашлось место звучанию скрипки даже.

И вот, доказывая прямо на собственном примере, что «формы времени» меняются вместе с обществом, Строки и звуки Александра Кубалова явили прямо на концерте, во втором отделении, метаморфозу, подытожившую весь пятый период. У группы был записанный синглом антифашистский хит «Алерта», с которого они начинали традиционно «политическую», вторую часть любого электрического выступления… И вот, товарищ Кубалов, оказывается, не только переоделся из самурайской размахайки с целующимися ирокезными панк-вампирами — в кожанно-рокерский прикид, но и явил на спине косухи и на майке новое имя и новый логотип группы. Как будто на сцене, в момент исполнения «Алерты» и завершился процесс переплавки коллектива — переход его в новое качество. При метаморфозе присутствовали и представители Аркадия Коца и мы с Алексом.

Московская рок-коммуна таким образом — продолжает жить, преобразовываться, работать, оставаясь открытой единомышленникам, но никогда не сужаясь до партийного рупора узкого спектра. При всей палитре воззрений, мы едины в том, что олигархический строй, успешно усвоив «патриотические уроки», взяв даже на вооружение многое право-оппозиционное — меняет риторику, меняет «интерфейс», но не меняет социально-экономической сути. Либеральную околоельцинскую олигархию сменила силовигархия в Кремле — при которой правящий класс разросся и разбогател, как не смел и при Ельцине. Бороться с ним организованно, политически — можно только завоевав марксистско-ленинские высоты в общественном сознании, победив мировоззренчески. Этому и помогает наша окаянная, как многим казалось уже в нулевых, обречённая работа. Но осиливают эту дорогу — идущие дружно.

Сколько было в Москве рок-объединений в 1980-х и 90-х? Были! Причём куда более массовые и коммерчески подкованные, нежели МРК. Была целая Московская рок-лаборатория, дававшая таким группам, как Легион, широченный концертный простор — где она сейчас, МРЛ, что говорит? Ничего не говорит, поскольку свою политическую одноразовую роль по первому призыву контрреволюции выполнила в августе 1991-го (звуковую технику к Белому Дому выставлял Стас Намин) и ушла с исторической арены, оставив командные высоты ею «намоленной» буржуазии (сам Намин этой буржуазией и стал)… А вот МРК — вероятно, потому что ещё не сказала во всеуслышание своего слова в Истории, — продолжает работать, записываться, выступать. И очень надеется, что двадцатилетняя работа и накопленный творческий потенциал (не сводимый к одним альбомам и запечатлённым концертам) её пригодится Второй социалистической революции!


Материалы по теме:

Двадцатилетие МРК: четыре периода в боевых нулевых и проклятых десятых (ч.1)

Двадцатилетие МРК: четвёртый и пятый периоды (ч.2)

Share This:

Оставить комментарий